Юристом можешь ты не быть …

Недав­но в швед­ской груп­пе ”Auktoriserade tolkar och översättare” был за­дан во­прос о пе­ре­во­де трех юри­ди­че­ских тер­ми­нов из сфе­ры на­зна­че­ния уго­лов­но­го на­ка­за­ния: straffvärde, straffmätningsvärde и billighetsskäl. Пер­вый из них, по­жа­луй, цен­траль­ный, я вы­нес в за­став­ку этой ста­тьи. Ее мож­но счи­тать сво­е­го ро­да раз­вер­ну­тым от­ве­том на этот во­прос, но в бо­лее ши­ро­кой и прин­ци­пи­аль­ной по­ста­нов­ке. В ней я пре­сле­дую не толь­ко прак­ти­че­скую цель – подыс­кать та­кие рус­ские со­от­вет­ствия, ко­то­рые бы­ли бы до­ста­точ­но точ­ны, по­нят­ны, ком­пакт­ны и удо­бо­под­ста­ви­мы в текст пе­ре­во­да, но и ме­то­до­ло­ги­че­скую – по­ка­зать, ка́к это мож­но сделать.

Нач­ну с преамбулы:

Не у вся­ко­го ино­языч­но­го тер­ми­на есть эк­ви­ва­лент в язы­ке пе­ре­во­да. Тер­ми­но­ло­гия нетех­ни­че­ских от­рас­лей – раз­лич­ных сфер со­ци­аль­ных от­но­ше­ний – в очень боль­шой ме­ре на­ци­о­наль­но-спе­ци­фич­на и в этом смыс­ле име­ет с точ­ки зре­ния пе­ре­во­да сход­ство с ре­а­ли­я­ми. Так, си­сте­мы пра­ва Шве­ции и Рос­сии, в част­но­сти, уго­лов­но­го пра­ва, от­ли­ча­ют­ся по со­ста­ву и со­дер­жа­нию по­ня­тий и да­ле­ко не во всем «вза­и­мо­пе­ре­во­ди­мы». В си­лу это­го швед­ский тер­мин мо­жет не иметь рус­ско­го со­от­вет­ствия или иметь нечто се­бе по­доб­ное, но в дей­стви­тель­но­сти от­ли­ча­ю­ще­е­ся по объ­е­му по­ня­тия и усло­ви­ям упо­треб­ле­ния. Это от­но­сит­ся и к раз­би­ра­е­мым тер­ми­нам, хо­тя об­щие на­ча­ла на­зна­че­ния на­ка­за­ния – прин­ци­пы за­кон­но­сти, спра­вед­ли­во­сти, ин­ди­ви­ду­а­ли­за­ции и эко­но­мии уго­лов­ной ре­прес­сии – при­су­щи за­ко­но­да­тель­ству обо­их гоосударств.

При­ве­ду при­мер, име­ю­щий пря­мое от­но­ше­ние к на­шей те­ме. УК РФ от­чет­ли­во раз­ли­ча­ет че­ты­ре ка­те­го­рии пре­ступ­ле­ний: неболь­шой тя­же­сти, сред­ней тя­же­сти, тяж­кие и осо­бо тяж­кие. В швед­ском за­коне, Brottsbalken (BrB), та­ко­го ра­де­ла нет во­об­ще, хо­тя в тек­сте ста­тей упо­треб­ля­ют­ся та­кие гра­да­ции, как ringa, grova и synnerligen grova brott, а пре­ступ­ле­ни­ям сред­ней тя­же­сти бо­лее или ме­нее со­от­вет­ству­ет тер­мин brott без до­пол­ни­тель­ной ка­те­го­ри­за­ции. Фор­маль­ных опре­де­ле­ний в BrB нет. В юри­ди­че­ских текстах, кро­ме то­го, ре­гу­ляр­но упо­треб­ля­ют­ся тер­ми­ны icke ringa brott и brott av normalgraden, что опять-та­ки «в об­щем» со­от­вет­ству­ет рус­ско­му пре­ступ­ле­ние сред­ней тя­же­сти, а так­же тер­мин mindre grova brott, обо­зна­ча­ю­щий бо­лее вы­со­кую сте­пень об­ще­ствен­ной опас­но­сти, чем про­сто brott, но мень­шую, чем grovt brott.

Оче­вид­но, что в пе­ре­во­де мож­но со­по­ста­вить швед­ским тер­ми­нам это­го ря­да «близ­ле­жа­щие» рус­ские – но лишь при усло­вии, что для пра­виль­но­го по­ни­ма­ния тек­ста ад­ре­са­том пе­ре­во­да не тре­бу­ет­ся бо­лее тон­кая диф­фе­рен­ци­а­ция. Пол­ной вза­и­мо­про­ек­ции меж­ду ни­ми нет: они от­ли­ча­ют­ся и по со­дер­жа­нию, и по то­му, ка­ко­вы преду­смат­ри­ва­е­мые ими пре­де­лы на­ка­за­ния (straffskalor), и как эти «шка­лы» пе­ре­кры­ва­ют­ся меж­ду категориями.

Так как мы за­ня­ты не срав­ни­тель­ным пра­во­ве­де­ни­ем, а упо­треб­ле­ни­ем слов, то раз­ви­вать этот при­мер да­лее нет необ­хо­ди­мо­сти. Ска­зан­но­го до­ста­точ­но, что­бы ме­то­до­ло­ги­че­ски опре­де­лить­ся в под­хо­де к во­про­су в той его по­ста­нов­ке, ка­кая за­яв­ле­на в на­ча­ле статьи.

По­на­до­бит­ся пре­одо­леть дво­я­кую труд­ность: пе­ре­бро­сить мо­стик от то­го, что непо­нят­но (или не вполне по­нят­но), к то­му, что неотыс­ку­е­мо (или не вполне тож­де­ствен­но). Это по­хо­же на «пой­ди ту­да – не знаю ку­да, при­не­си то – не знаю что», но все же за­да­ча не так труд­на, как у ска­зоч­но­го ге­роя [1]:

Во-пер­вых, пе­ре­вод­чи­ку нуж­но вы­явить со­дер­жа­ние по­ня­тий, обо­зна­ча­е­мых ин­те­ре­су­ю­щи­ми нас здесь тер­ми­на­ми, в осо­бен­но­сти же, спе­ци­фи­ку каж­до­го из них по срав­не­нию с дру­ги­ми, смеж­ны­ми по­ня­ти­я­ми в тер­ми­но­си­сте­ме ис­ход­но­го язы­ка и в от­но­ше­нии к сход­ным с ни­ми «со­от­вет­стви­ям» в язы­ке пе­ре­во­да (ес­ли они во­об­ще су­ще­ству­ют). В на­шем слу­чае необ­хо­ди­мо раз­гра­ни­чить со­дер­жа­ние двух тер­ми­нов «верх­не­го уров­ня», упо­мя­ну­тых в пер­во­на­чаль­ном во­про­се из фейсбука:

STRAFFVÄRDE и STRAFFMÄTNINGSVÄRDE .

При этом мы убе­дим­ся, что для это­го по­тре­бу­ет­ся об­ра­ще­ние к ку­да бо­лее ши­ро­ко­му по­лю тер­ми­нов, свя­зан­ных с на­зна­че­ни­ем на­ка­за­ния су­дом. По­ми­мо уже пе­ре­чис­лен­ных обо­зна­че­ний сте­пе­ней об­ще­ствен­ной опас­но­сти про­ти­во­прав­ных де­я­ний, сю­да от­но­сят­ся также

FÖRSVÅRANDE и FÖRMILDRANDE OMSTÄNDIGHETER ,

ка­жу­щи­е­ся пол­но­стью сов­па­да­ю­щи­ми с рус­ски­ми тер­ми­на­ми отяг­ча­ю­щие и смяг­ча­ю­щие об­сто­я­тель­ства, c од­ной сто­ро­ны, и

STRAFFRABATT, BILLIGHETSSKÄL и UGDOMSRABATT ,

с дру­гой. Из них толь­ко тер­мин billighetsskäl фи­гу­ри­ро­вал в ис­ход­ном во­про­се; он име­ет пря­мое от­но­ше­ние к те­ме, но, опять же, для его по­ни­ма­ния и пе­ре­во­да тре­бу­ет­ся бо­лее пол­ный тер­ми­но­ло­ги­че­ский контекст.

 

Во-вто­рых, нуж­но раз­ре­шить соб­ствен­но пе­ре­вод­че­скую труд­ность: отыс­кать тер­ми­но­ло­ги­че­ски при­ем­ле­мые спо­со­бы вос­про­из­ве­де­ния вы­яв­лен­ных по­ня­тий на язы­ке пе­ре­во­да, удо­вле­тво­ря­ю­щие, преж­де все­го, тре­бо­ва­нию от­ра­зить спе­ци­фи­ку каж­до­го тер­ми­на, ес­ли нель­зя обой­тись при­бли­зи­тель­ным со­от­вет­стви­ем без огруб­ле­ния или ис­ка­же­ния смыс­ла. Кро­ме то­го, они долж­ны быть ком­пакт­ны, лег­ко под­ста­ви­мы и удоб­ны для по­втор­но­го ис­поль­зо­ва­ния в тек­сте пе­ре­во­да, а так­же сти­ли­сти­че­ски уместны.

По­яс­ню это по­след­нее тре­бо­ва­ние. Швед­ская тер­ми­но­ло­гия, свя­зан­ная с на­зна­че­ни­ем уго­лов­но­го на­ка­за­ния, про­ни­за­на ме­та­фо­рой це­ны: НА­КА­ЗА­НИЕ – ЭТО ЦЕ­НА, ко­то­рую пра­во­на­ру­ши­тель пла­тит за вред, при­чи­нен­ный им лич­но­сти, об­ще­ству или го­су­дар­ству. По­ми­мо straffvärde и straffmätningsvärde, где эта ме­та­фо­ра ре­а­ли­зу­ет­ся пря­мо (värde – это це­на пре­ступ­ле­ния, то, во что оно обой­дет­ся пра­во­на­ру­ши­те­лю), к чис­лу тер­ми­нов это­го ря­да от­но­сят­ся еще и straffrabatt (rabatt = скид­ка), ungdomsrabatt, т.е. бук­валь­но скид­ка по ма­ло­лет­ству, и billighetsskäl, т.е., опять-та­ки бук­валь­но, ос­но­ва­ние уде­шев­ле­ния на­ка­за­ния. Впро­чем, в юри­ди­че­ском жар­гоне billig зна­чит при­мер­но ’спра­вед­ли­вый, здра­вый’ (ср. ан­гл. fair, reasonable); хо­тя в оби­хо­де оно в этом зна­че­нии не упо­треб­ля­ет­ся, связь со зна­че­ни­ем ’де­ше­вый’ так или ина­че про­сту­па­ет для но­си­те­ля язы­ка и в этом слу­чае (ср. рус­ское де­ше­во от­де­лал­ся). По­нят­но, что со­хра­не­ние внут­рен­ней фор­мы этих швед­ских вы­ра­же­ний в рус­ском тек­сте офи­ци­аль­но-де­ло­во­го сти­ля неуместно.

 

* * *

Ве­ро­ят­но, ка­кой-то из опи­сан­ных вы­ше двух ас­пек­тов «труд­но­стей пе­ре­во­да», а мо­жет быть и оба, послужил(и) по­во­дом к об­суж­де­нию этих тер­ми­нов на фейс­бу­ке. Од­на­ко кон­крет­ных ва­ри­ан­тов пе­ре­во­да, удо­вле­тво­ря­ю­щих пе­ре­чис­лен­ным тре­бо­ва­ни­ям, в част­но­сти, тре­бо­ва­ни­ям по­ня­тий­ной точ­но­сти и под­ста­ви­мо­сти, все же не бы­ло пред­ло­же­но. Прав­да, я со­слал­ся на то, что один из трех пред­ло­жен­ных для рас­смот­ре­ния тер­ми­нов есть в мо­ем сло­ва­ре ”Samhällsordbok”:

straffvärde тя­жесть со­де­ян­но­го (в ас­пек­те вы­бо­ра су­дом на­ка­за­ния за кон­крет­ное пре­ступ­ле­ние в за­ко­но­да­тель­ных пределах),

а дру­гой – в до­пол­не­ни­ях к  это­му сло­ва­рю, при­чем с раз­вер­ну­тым толкованием:

billighetsskäl

тж. billighetshänsyn

<юр.> (спра­вед­ли­вое, ра­зум­ное) ос­но­ва­ние смяг­че­ния наказания

Преду­смот­рен­ные Уго­лов­ным ко­дек­сом ос­но­ва­ния, свя­зан­ные с лич­ны­ми об­сто­я­тель­ства­ми под­су­ди­мо­го (ста­рость, сла­бое здо­ро­вье и др.) и его по­ве­де­ни­ем по­сле со­вер­ше­ния пре­ступ­ле­ния (напр., яв­ка с по­вин­ной, ока­за­ние по­мо­щи по­тер­пев­ше­му). Яв­ля­ет­ся осо­бой фор­мой förmildrande omständigheter, т.е. об­сто­я­тельств, смяг­ча­ю­щих на­ка­за­ние. Ср. straffllindring (смяг­че­ние на­ка­за­ния), straffrabatt (со­кра­ще­ние на­ка­за­ния, в осо­бен­но­сти, т.н. ungdomsrabatt, т.е. ли­цам в воз­расте до 21 года).

Прим. Сле­ду­ет раз­ли­чать ши­ро­кий тер­мин förmildrande omständigheter и бо­лее спе­ци­аль­ный billighetsskäll. Эк­ви­ва­лент­ной па­ры отыс­кать в рус­ском язы­ке не уда­лось; в пе­ре­во­де эта спе­ци­фи­ка долж­на быть от­ра­же­на в контексте.

Я то­гда же пред­по­ло­жил, хо­тя и не без ого­вор­ки, что тер­мин straffmätningsvärde cле­ду­ет по­ни­мать в ас­пек­те ин­ди­ви­ду­а­ли­за­ции на­ка­за­ния.

Кста­ти, пер­вый из этих тер­ми­нов вклю­чен да­же в швед­ско-рус­ский Norstedts, по-ви­ди­мо­му, бла­го­да­ря его очень вы­со­кой ча­стот­но­сти и вхож­де­нию в об­щий язык: «straffvärde тя­жесть (со­де­ян­но­го) пре­ступ­ле­ния». Но в та­кой по­да­че это крайне неточ­но. В мо­ей сло­вар­ной ста­тье со­дер­жит­ся по­яс­не­ние, ко­то­рое су­ще­ствен­но кор­рек­ти­ру­ет смысл это­го тер­ми­на, вво­дя его в над­ле­жа­щий си­ту­а­тив­ный кон­текст – ква­ли­фи­ка­ции со­де­ян­но­го и вы­бо­ра пре­де­лов на­ка­за­ния. В це­лом, как мне и те­перь пред­став­ля­ет­ся, мои пред­ло­же­ния «близ­ки к ис­тине». Од­на­ко, по­раз­мыс­лив над тер­ми­но­ло­ги­ей этой от­рас­ли пра­ва в свя­зи с ини­ци­и­ро­ван­ным на ФБ во­про­сом, я при­шел к за­клю­че­нию, что они нуж­да­ют­ся в уточ­не­ни­ях, и что рас­смат­ри­вать эти тер­ми­ны нуж­но обя­за­тель­но в бо­лее ши­ро­кой свя­зи. Те­ма, ста­ло быть, не закрыта.

 

Как же пе­ре­вод­чик ре­ша­ет первую часть задачи?

   Гля­дя на это раз­но­об­ра­зие тер­ми­нов и непро­стые от­но­ше­ния меж­ду ни­ми, мож­но прий­ти в за­ме­ша­тель­ство и по­ду­мать, что для то­го, что­бы в них разо­брать­ся, нуж­но быть пра­во­ве­дом или хо­тя бы про­кон­суль­ти­ро­вать­ся с юри­стом. Спо­ру нет, это об­лег­ча­ет за­да­чу. На­зна­че­ние уго­лов­но­го на­ка­за­ния – это и впрямь це­лый раз­дел юри­ди­че­ской на­у­ки и пра­во­при­ме­не­ния, а опре­де­ле­ния этих тер­ми­нов не бес­спор­ны и мо­гут за­мет­но от­ли­чать­ся у раз­ных ав­то­ров: об их без­уко­риз­нен­ном раз­гра­ни­че­нии спо­рят да­же про­фес­си­о­наль­ные юри­сты. В тек­сте швед­ско­го уго­лов­но­го за­ко­на за­креп­лен толь­ко тер­мин straffvärde да еще по­ня­тия försvårande и förmildrande omständigheter, но по су­ще­ству без опре­де­ле­ния – толь­ко в фор­ме пе­ре­чис­ле­ния неко­то­рых фак­то­ров, ко­то­рые долж­ны учи­ты­вать­ся при оцен­ке тя­же­сти со­де­ян­но­го. Ни од­но­го из дру­гих на­зван­ных вы­ше тер­ми­нов в нем нет, хо­тя они ши­ро­ко используются.

Пе­ре­вод­чик, од­на­ко, не мо­жет, да и не дол­жен, быть спе­ци­а­ли­стом во всех об­ла­стях зна­ния. В прин­ци­пе ему до­ста­точ­но по­ни­ма­ния су­ти де­ла на функ­ци­о­наль­ном уровне. Да­же в та­ких непро­стых слу­ча­ях, как необ­хо­ди­мость раз­гра­ни­чить straffvärde и straffmätningsvärde и по­нять со­от­но­ше­ние че­ты­рех (!) тер­ми­нов, от­но­ся­щих­ся к смяг­че­нию на­ка­за­ния, ему не обя­за­тель­но иметь юри­ди­че­скую сте­пень. Но обя­за­тель­но – вла­деть соб­ствен­ной спе­ци­аль­но­стью, преж­де все­го, «тех­ни­кой по­ни­ма­ния» [2], в част­но­сти, на­вы­ком по­ста­нов­ки вскры­ва­ю­щих суть «во­про­сов к тек­сту». В на­шем слу­чае та­ким во­про­сом по су­ще­ству бу­дет: как швед­ским су­дом опре­де­ля­ет­ся «це­на», взи­ма­е­мая с пре­ступ­ни­ка?

Для от­ве­та на него пе­ре­вод­чи­ку вполне до­ста­точ­но све­де­ний из ис­точ­ни­ков, ад­ре­со­ван­ных неспе­ци­а­ли­сту, в жан­ре, так ска­зать, «пра­во­ве­де­ния для чай­ни­ков», но, ко­неч­но, не вы­зы­ва­ю­щих со­мне­ний в их ав­то­ри­тет­но­сти. Та­ких, на­при­мер, как на­хо­дя­щи­е­ся в сво­бод­ном до­сту­пе в швед­ском сег­мен­те ин­тер­не­та ма­те­ри­а­лы сай­тов https://lawline.se, https://familjensjurist.se, глос­са­рий го­су­дар­ствен­ной про­ку­ра­ту­ры https://aklagare.se/ordlista, https://domarbloggen.se и мн. др., или вре­мя от вре­ме­ни пе­ре­из­да­ва­е­мых спра­воч­ни­ков ти­па ”vardagsjuridik” или ”juridik till vardags”. Здесь най­дет­ся до­сто­вер­ная и до­ступ­ная по­ни­ма­нию нею­ри­ста спра­воч­ная информация.

Не ста­ну за­гро­мож­дать даль­ней­шее из­ло­же­ние вы­пис­ка­ми из этих ис­точ­ни­ков, а сра­зу пе­рей­ду к то­му, чтó из них узна­ет пе­ре­вод­чик, ища от­ве­та на по­став­лен­ный вы­ше во­прос и вы­яс­няя тем са­мым смысл ин­те­ре­су­ю­щих нас терминов:

– Ква­ли­фи­ци­ро­вав де­я­ние, т.е. «под­ве­дя его под ста­тью», суд опре­де­ля­ет преду­смот­рен­ную ею сте­пень тя­же­сти пре­ступ­ле­ния, ру­ко­вод­ству­ясь объ­ек­тив­ны­ми при­зна­ка­ми. Учи­ты­ва­ют­ся ха­рак­тер и раз­мер вре­да, при­чи­нен­но­го де­я­ни­ем, по­ни­ма­ние об­ви­ня­е­мым зна­че­ния сво­их дей­ствий, его мо­ти­вы и, осо­бо, яв­ля­ет­ся ли де­я­ние пре­ступ­ле­ни­ем про­тив жиз­ни, здо­ро­вья или без­опас­но­сти лич­но­сти. На этом ос­но­ва­нии вы­би­ра­ет­ся со­от­вет­ству­ю­щая «шка­ла» на­ка­за­ния (в тер­ми­но­ло­гии УК РФ – «ка­те­го­рия»), его за­ко­но­да­тель­ные пределы.

– За ис­ход­ную «це­ну» при­ни­ма­ет­ся ниж­ний пре­дел вы­бран­ной «шка­лы» по прин­ци­пу эко­но­мии уго­лов­ной ре­прес­сии, по­сле че­го оце­ни­ва­ют­ся försvårande и förmildrande omständigheter, опять-та­ки объ­ек­тив­но­го ха­рак­те­ра,  на­при­мер, со­вер­ше­ние пре­ступ­ле­ния с осо­бой же­сто­ко­стью или с ис­поль­зо­ва­ни­ем ока­зан­но­го до­ве­рия, с од­ной сто­ро­ны,  или как ре­ак­ция, спро­во­ци­ро­ван­ная гру­бым оскор­би­тель­ным по­ве­де­ни­ем по­тер­пев­ше­го, или се­рьез­ное пси­хи­че­ское рас­строй­ство у пра­во­на­ру­ши­те­ля, с дру­гой. Все та­кие об­сто­я­тель­ства по­дроб­но спе­ци­фи­ци­ро­ва­ны в тек­сте BrB. Эти два по­ня­тия швед­ско­го уго­лов­но­го пра­ва от­ли­ча­ют­ся от «со­от­вет­ству­ю­щих» рус­ских (отяг­ча­ю­щие / смяг­ча­ю­щие об­сто­я­тель­ства) тем, что не вклю­ча­ют ряд субъ­ек­тив­ных фак­то­ров, свя­зан­ных с лич­но­стью пра­во­на­ру­ши­те­ля. Они учи­ты­ва­ют­ся от­дель­но при на­зна­че­нии на­ка­за­ния (straffmätning).

– В ре­зуль­та­те этих су­деб­ных дей­ствий уста­нав­ли­ва­ет­ся straffvärde. Это, так ска­зать, оцен­ка тя­же­сти пре­ступ­ле­ния «по се­бе­сто­и­мо­сти», опре­де­ле­ние объ­ек­тив­ной сте­пе­ни тяжести.

– За­тем, на­зна­чая кон­крет­ное на­ка­за­ние, суд мо­жет сни­зить straffvärde на ос­но­ве прин­ци­пов спра­вед­ли­во­сти (т.е. ру­ко­вод­ству­ясь не толь­ко фор­маль­ны­ми пред­пи­са­ни­я­ми, но и здра­вым смыс­лом) и ин­ди­ви­ду­а­ли­за­ции. При этом учи­ты­ва­ют­ся та­кие фак­то­ры, от­но­ся­щи­е­ся к лич­но­сти пра­во­на­ру­ши­те­ля, как стар­че­ский воз­раст, сла­бое здо­ро­вье, доб­ро­воль­ная яв­ка с по­вин­ной и др., охва­ты­ва­е­мые со­дер­жа­ни­ем тер­ми­на billighetsskäl, или «скид­ки» для несо­вер­шен­но­лет­них (и, при неко­то­рых усло­ви­ях, для мо­ло­дых взрос­лых), по­кры­ва­е­мые тер­ми­ном ungdomsrabatt. Обе эти ка­те­го­рии фак­то­ров мо­гут обоб­щен­но обо­зна­чать­ся тер­ми­ном straffrabatt. Сто­ит еще раз под­черк­нуть, что billighetsskäl и ungdomsrabatt не вхо­дят в ка­те­го­рию förmildrande omständigheter.

– При­няв во вни­ма­ние все фак­то­ры субъ­ек­тив­но­го ха­рак­те­ра, суд кор­рек­ти­ру­ет straffvärde, ес­ли для это­го есть ос­но­ва­ния, и опре­де­ля­ет раз­мер фак­ти­че­ски на­зна­ча­е­мо­го на­ка­за­ния, straffmätningsvärde.  

Хо­чу еще раз от­ме­тить, что все это мож­но вы­яс­нить из об­ще­до­ступ­ных ис­точ­ни­ков юри­ди­че­ской ин­фор­ма­ции и не имея спе­ци­аль­ной под­го­тов­ки. Но с ого­вор­кой: и не бу­дучи юри­стом, пе­ре­вод­чик дол­жен все же об­ла­дать ба­зо­вым по­ни­ма­ни­ем ос­нов пра­ва и осо­бен­но­стей юри­ди­че­ско­го жар­го­на. Но будь он да­же про­фес­си­о­наль­ным юри­стом, са­мо по се­бе по­ни­ма­ние со­дер­жа­ния и со­от­но­ше­ния тер­ми­нов еще не ре­ша­ет за­да­чу пе­ре­во­да. Од­на­ко те­перь, ко­гда по­ни­ма­ние до­стиг­ну­то – пусть не на про­фес­си­о­наль­ном, но на «функ­ци­о­наль­но до­ста­точ­ном» уровне, – мож­но при­нять­ся за соб­ствен­но пе­ре­вод­че­скую часть задачи.

Вос­поль­зо­вать­ся го­то­вы­ми эк­ви­ва­лен­та­ми мы не мо­жем. Во-пер­вых, по­то­му, что их нет. Из всех упо­мя­ну­тых вы­ше тер­ми­нов в швед­ско-рус­ском сло­ва­ре есть толь­ко straffvärde и förmildrande omständigheter [3]. Во-вто­рых, глав­ная труд­ность за­клю­ча­ет­ся не в от­сут­ствии та­ко­го ро­да тер­ми­нов в сло­ва­ре: в кон­це-кон­цов, все они, за ис­клю­че­ни­ем этих двух, став­ших при­над­леж­но­стью об­ще­го язы­ка, пред­став­ля­ют со­бой весь­ма спе­ци­аль­ные тер­ми­ны, и удив­лять­ся то­му, что они не вклю­че­ны в об­ще­язы­ко­вой сло­варь, не при­хо­дит­ся. Важ­нее то, что их нет, так ска­зать, «прин­ци­пи­аль­но»: у них в рос­сий­ском пра­ве нет тож­де­ствен­ных со­от­вет­ствий в си­лу на­ци­о­наль­но-спе­ци­фи­че­ских от­ли­чий двух си­стем пра­ва. Из тех же, что в сло­ва­ре все-та­ки есть, пе­ре­вод пер­во­го из них нето­чен и да­же «за­блу­ди­те­лен» (он, как уже от­ме­че­но, не вполне то­чен и в мо­ем сло­ва­ре ”Samhällsordbok”), а вто­ро­го – пред­став­лен по ви­ди­мо­сти хо­ро­шим рус­ским эк­ви­ва­лен­том, а меж­ду тем объ­е­мы этих по­ня­тий не сов­па­да­ют, как вы­яс­ни­лось при их разборе.

Так как спе­ци­аль­ных швед­ско-рус­ских юри­ди­че­ских сло­ва­рей, на­сколь­ко мне из­вест­но, не су­ще­ству­ет, то пе­ре­вод­чик мо­жет по­пы­тать­ся «прой­ти че­рез ан­глий­ский», од­на­ко про­бле­ма кон­цеп­ту­аль­но­го несов­па­де­ния со­от­вет­ствий этим не сни­ма­ет­ся. Так, тер­мин straffvärde в швед­ско-ан­глий­ском глос­са­рии на сай­те Domstolsverket  про­сто-на­про­сто каль­ки­ро­ван: penal value. Это хо­тя и упо­тре­би­тель­ный тер­мин, но пе­рей­ти от него к «со­от­вет­ству­ю­ще­му» рус­ско­му в на­деж­де отыс­кать что-ни­будь бо­лее точ­ное, чем в Norstedts, негде. Дру­гие ва­ри­ан­ты, а имен­но gravity или severity или magnitude of offence, вы­во­дят на все тот же пе­ре­вод «тя­жесть пре­ступ­ле­ния», ко­то­рый су­ще­ства швед­ско­го тер­ми­на не отражает.

В на­ча­ле этой ста­тьи я упо­ми­нал, что ино­языч­ные тер­ми­ны пра­ва в си­лу их на­ци­о­наль­ной спе­ци­фи­ки име­ют неко­то­рое сход­ство с ре­а­ли­я­ми. Или, мо­жет быть луч­ше ска­зать, от­но­сят­ся к раз­ря­ду т.н. без­э­ки­ва­лент­ной лек­си­ки, то есть не име­ют при­год­ных ре­гу­ляр­ных со­от­вет­ствий, или во­все ни­ка­ких. «При­е­мы» пе­ре­во­да из­вест­ны и опи­са­ны во мно­гих по­со­би­ях: это пря­мое за­им­ство­ва­ние (транс­кри­би­ро­ва­ние), каль­ки­ро­ва­ние (по­мор­фем­ный пе­ре­вод), ис­поль­зо­ва­ние бли­жай­ше­го ана­ло­га (т.е. при­бли­зи­тель­но­го тер­ми­на, ес­ли в дан­ном кон­тек­сте это несу­ще­ствен­но для по­ни­ма­ния), опи­са­тель­ный пе­ре­вод, пе­ре­вы­ра­же­ние зна­че­ния тер­ми­на «дру­ги­ми сло­ва­ми». Во мно­гих слу­ча­ях един­ствен­ным при­ем­ле­мым ре­ше­ни­ем ока­зы­ва­ет­ся имен­но по­след­ний «спо­соб». По су­ще­ству это вве­де­ние «сво­е­го» тер­ми­но­ло­ги­че­ско­го со­от­вет­ствия – кто-то же дол­жен быть пер­вым! – по воз­мож­но­сти ком­пакт­но­го и удоб­но­го для по­втор­но­го ис­поль­зо­ва­ния. В лю­бом слу­чае спе­ци­фич­ность та­ких тер­ми­нов тре­бу­ет по­яс­не­ния при пер­вом упо­треб­ле­нии непо­сред­ствен­но в тек­сте или, на ху­дой ко­нец, в снос­ке (и, ко­неч­но, в сло­ва­ре – прин­цип, ко­то­ро­му я сам неукос­ни­тель­но следую).

За­им­ство­вать швед­ские тер­ми­ны, как пра­ви­ло, не уда­ет­ся: они не об­ла­да­ют «гло­баль­ной» об­щезна­чи­мо­стью по­доб­но тем, что во мно­же­стве за­им­ству­ют­ся из язы­ка меж­ду­на­род­но­го об­ще­ния. Они ча­сто мно­го­ос­нов­ны. К то­му же швед­ская фо­не­ти­ка пло­хо под­да­ет­ся пе­ре­ло­же­нию. Ну как бы от­ре­а­ги­ро­ва­ло рус­ское ухо на, ска­жем, страфф­мет­нинг­свер­де? Да­же сло­во обуд­смен за­им­ство­ва­но в рус­ский язык из ан­глий­ско­го, а не на­пря­мую из швед­ско­го, от­ку­да оно родом.

Ино­гда до­пу­сти­мы каль­ки. В част­но­сти, försvårande omständigheter и förmildrande omständigheter хо­ро­шо «ло­жат­ся» на отяг­ча­ю­щие и смяг­ча­ю­щие об­сто­я­тель­ства, но да­же в та­ком, ка­за­лось бы, бес­спор­ном слу­чае нуж­ны уточ­не­ния, так как швед­ские förmildrande omständigheter и рус­ские об­сто­я­тель­ства, смяг­ча­ю­щие на­ка­за­ние – это не од­но и то же (и да­же не по со­ста­ву, а в прин­ци­пе). При­ме­ни­тель­но к двум цен­траль­ным тер­ми­нам, straffvärde и straffmätningsvärde, мож­но бы­ло бы пред­ло­жить, пе­ре­во­дя т.с. «зер­каль­но»,  раз­мер на­ка­за­ния и раз­мер на­зна­ча­е­мо­го на­ка­за­ния. Это не про­ти­во­ре­чит рус­ско­му сло­во­упо­треб­ле­нию, но, опять же, не пе­ре­да­ет ис­тин­но­го со­дер­жа­ния швед­ских по­ня­тий. Что до billighetsskäl, то каль­ки­ро­ва­ние с со­хра­не­ни­ем об­раз­ной со­став­ля­ю­щей вы­гля­де­ло бы в рус­ском юри­ди­че­ском тек­сте неле­по: ос­но­ва­ния уде­шев­ле­ния. Да­же ос­но­ва­ния скид­ки, вы­ра­же­ние в прин­ци­пе воз­мож­ное, яв­но не го­дит­ся в тек­сте книж­но­го сти­ля. Ес­ли же  по­пы­тать­ся каль­ки­ро­вать, ис­хо­дя из су­гу­бо юри­ди­че­ско­го зна­че­ния пер­вой ча­сти это­го тер­ми­на (billig = ’спра­вед­ли­вый, ра­зум­ный’ – зна­че­ние, в осталь­ном пол­но­стью утра­чен­ное), то это при­ну­дит пе­ре­вод­чи­ка – при том, что ана­ло­га у это­го тер­ми­на нет ни­ка­ко­го – при­бег­нуть к про­стран­но­му опи­са­тель­но­му ва­ри­ан­ту вро­де ос­но­ва­ния смяг­че­ния на­ка­за­ния с уче­том прин­ци­па спра­вед­ли­во­сти. Это го­ди­лось бы для од­но­ра­зо­во­го упо­треб­ле­ния, но не от­ли­ча­ет­ся ни тер­ми­но­ло­гич­но­стью, ни компактностью.

Не пре­ми­нем от­ме­тить, что все раз­би­ра­е­мые тер­ми­ны – это ком­по­зи­ты. По сво­ей при­ро­де швед­ские слож­ные сло­ва со­вер­шен­но от­лич­ны от рус­ских, но в дан­ном слу­чае они не ок­ка­зи­о­наль­ны, не яв­ля­ют­ся сво­е­го ро­да «свер­ну­ты­ми» сво­бод­ны­ми со­че­та­ни­я­ми слов. В этом смыс­ле их зна­че­ния, по­доб­но зна­че­ни­ям рус­ских слож­ных слов, фик­си­ро­ва­ны. В на­шем слу­чае это еще и «как бы ре­а­лии» – тер­ми­ны чу­жой пра­во­вой куль­ту­ры. По­это­му они за­ве­до­мо тре­бу­ют объ­яс­ни­тель­но­го пе­ре­во­да. Их зна­че­ние не сле­ду­ет вы­чис­лять ни про­стым сло­же­ни­ем, ни по кон­тек­сту. Смыс­ло­вое от­но­ше­ние меж­ду ча­стя­ми та­ких тер­ми­нов за­ве­до­мо уста­нов­ле­но, хо­тя их и нет в сло­ва­ре. Нуж­но об­ра­ще­ние к ис­точ­ни­кам фо­но­вой информации.

Ана­ло­гом straffvärde мог­ли бы быть сте­пень тя­же­сти пре­ступ­ле­ния или, в «со­от­вет­ству­ю­щем» сло­во­упо­треб­ле­нии УК РФ, ка­те­го­рия пре­ступ­ле­ния. То и дру­гое – упо­тре­би­тель­ные тер­ми­ны. В неко­то­рых кон­текстах, где бóль­шая точ­ность ни­че­го не до­бав­ля­ет к по­ни­ма­нию пе­ре­во­ди­мо­го тек­ста, их мож­но бы­ло бы ис­поль­зо­вать. Но хо­тя они и близ­ки по зна­че­нию тер­ми­ну ори­ги­на­ла, это не бо­лее чем сход­ство. Straffvärde опре­де­ля­ет раз­мер на­ка­за­ния в со­от­вет­ству­ю­щих дан­ной ка­те­го­рии за­ко­но­да­тель­ных пре­де­лах, но с уче­том отяг­ча­ю­щих и смяг­ча­ю­щих об­сто­я­тельств. При этом, как мы вы­яс­ни­ли из ис­точ­ни­ков фо­но­вых све­де­ний, смяг­ча­ю­щие об­сто­я­тель­ства, к ко­то­рым от­но­сят­ся тер­ми­ны billighetsskäl и ungdomsrabatt, в эту оцен­ку не вхо­дят – они в над­ле­жа­щих слу­ча­ях учи­ты­ва­ют­ся от­дель­но. Они, соб­ствен­но, да­же не смяг­ча­ю­щие об­сто­я­тель­ства, а имен­но «скид­ка» по со­об­ра­же­ни­ям гу­ман­но­сти или здра­во­го смыс­ла. Кро­ме то­го, ка­те­го­рии в рус­ском и швед­ском пра­ве хо­тя и со­от­но­си­тель­ны, но не тож­де­ствен­ны. Ну, а глав­ная осо­бен­ность со­сто­ит в том,  что это, в от­ли­чие от на­зван­ных рус­ских по­ня­тий, оцен­ка ис­к­клю­чи­тель­но по объ­ек­тив­ным при­зна­кам. Это от­ли­ча­ет ее и от straffmätningsvärde окон­ча­тель­ной оцен­ки, вы­во­ди­мой обя­за­тель­но с уче­том субъ­ек­тив­ных при­зна­ков, в осо­бен­но­сти, лич­ных об­сто­я­тельств правонарушителя.

Ис­хо­дя из ска­зан­но­го, я бы пе­ре­во­дил straffvärde как оцен­ка объ­ек­тив­ной тя­же­сти пре­ступ­ле­ния [тж. со­де­ян­но­го или пра­во­на­ру­ше­ния – в за­ви­си­мо­сти от «жест­ко­сти» фор­му­ли­ров­ки]. Длин­но­ва­то, ко­неч­но, но при по­втор­ном упо­треб­ле­нии мож­но со­кра­тить, опу­стив пер­вое или да­же два пер­вых сло­ва, т.е. огра­ни­чить­ся ана­ло­гом. Что до straffmätningsvärde, то этот тер­мин, несмот­ря на то, что ска­за­но вы­ше, при­хо­дит­ся пе­ре­во­дить бук­валь­но: раз­мер на­зна­ча­е­мо­го на­ка­за­ния. Это­го до­ста­точ­но, что­бы раз­гра­ни­чить эти два тер­ми­на, по­ка­зать, что это не од­но и то же. Но в тех слу­ча­ях, ко­гда нуж­на экс­пли­цит­ная пе­ре­да­ча со­дер­жа­ния по­ня­тия, т.е. ко­гда «юри­ди­че­ские тон­ко­сти» име­ют зна­че­ние, пе­ре­вод­чик дол­жен по­яс­нить, что речь идет о фак­ти­че­ски на­зна­ча­е­мом на­ка­за­нии с уче­том фак­то­ров субъ­ек­тив­но­го ха­рак­те­ра  – лич­ных об­сто­я­тельств пра­во­на­ру­ши­те­ля. В сло­ва­ре та­ко­го ро­да «тон­ко­сти» долж­ны быть от­ра­же­ны в тол­ко­ва­нии, в той ме­ре, в ка­кой они мо­гут по­на­до­бить­ся при переводе:

 

straffvärde форм. оцен­ка объ­ек­тив­ной тя­же­сти пре­ступ­ле­ния [со­де­ян­но­го; пра­во­на­ру­ше­ния – в за­ви­си­мо­сти от «жест­ко­сти» фор­му­ли­ров­ки]; в нефор­маль­ной ре­чи м.б. «се­бе­сто­и­мость» пре­ступ­ле­ния; (но­ми­наль­ная) це­на преступления

За­клю­ча­ет­ся в вы­бо­ре над­ле­жа­щих пре­де­лов на­ка­за­ния, уста­нов­лен­ных со­от­вет­ству­ю­щей ста­тьей уго­лов­но­го ко­дек­са, Brottsbalken, с уче­том отяг­ча­ю­щих и смяг­ча­ю­щих об­сто­я­тельств объ­ек­тив­но­го ха­рак­те­ра (försvårande и förmildrande omständigheter). Сле­ду­ет от­ли­чать от straffmätningsvärde, см.

straffmätningsvärde раз­мер на­зна­ча­е­мо­го (су­дом) на­ка­за­ния (букв. «от­ме­рен­но­го»); неформ. раз­мер на­ка­за­ния со скидкой

По «фор­му­ле»: straffvärdestraffrabatt, т.е. с воз­мож­ным сни­же­ни­ем но­ми­наль­но­го раз­ме­ра на­ка­за­ния с уче­том фак­то­ров субъ­ек­тив­но­го ха­рак­те­ра, свя­зан­ных с лич­ны­ми об­сто­я­тель­ства­ми осуж­ден­но­го. Эти фак­то­ры не яв­ля­ют­ся смяг­ча­ю­щи­ми об­сто­я­тель­ства­ми в соб­ствен­ном смыс­ле (ср. straffvärde), а свя­за­ны с воз­рас­том, со­сто­я­ни­ем здо­ро­вья, се­мей­ным по­ло­же­ни­ем, доб­ро­воль­ным со­труд­ни­че­ством с пра­во­охра­ни­тель­ны­ми ор­га­на­ми и т.п. «Скид­ка» это­го ро­да обу­слов­ле­на со­об­ра­же­ни­я­ми гу­ман­но­сти и здра­во­го смыс­ла; см. billighetsskäl, ungdomsrabatt.

försvårande omstädigheter об­сто­я­тель­ства, отяг­ча­ю­щие на­ка­за­ние; отяг­ча­ю­щие обстоятельства

förmildrande omstädigheter об­сто­я­тель­ства объ­ек­тив­но­го ха­рак­те­ра, смяг­ча­ю­щие на­ка­за­ние; объ­ек­тив­ные смяг­ча­ю­щие обстоятельства

Сле­ду­ет от­ли­чать от billighetsskäl и ungdomsrabatt, яв­лю­щих­ся фак­то­ра­ми сни­же­ния раз­ме­ра на­ка­за­ния по ос­но­ва­ни­ям, свя­зан­ным с лич­но­стью правонарушителя.

straffrabatt со­кра­ще­ние раз­ме­ра на­ка­за­ния на ос­но­ва­нии прин­ци­пов спра­вед­ли­во­сти и ин­ди­ви­ду­а­ли­за­ции; неформ. скидка

Не сле­ду­ет сме­ши­вать с умень­ше­ни­ем раз­ме­ра на­ка­за­ния при на­ли­чии смяг­ча­ю­щих об­сто­я­тельств; ср. förmildrandde omständigheter. Яв­ля­ет­ся обоб­ща­ю­щим тер­ми­ном для billighetsskäl и ungdomsrabatt, см.

billighetsskäl <юр.> (спра­вед­ли­вое, ра­зум­ное) ос­но­ва­ние со­кра­ще­ния раз­ме­ра наказания

Преду­смот­рен­ные Уго­лов­ным ко­дек­сом ос­но­ва­ния, свя­зан­ные с лич­ны­ми об­сто­я­тель­ства­ми под­су­ди­мо­го (ста­рость, сла­бое здо­ро­вье и др.) и его по­ве­де­ни­ем по­сле со­вер­ше­ния пре­ступ­ле­ния (напр., яв­ка с по­вин­ной, ока­за­ние по­мо­щи по­тер­пев­ше­му). По су­ще­ству не от­но­сят­ся к ка­те­го­рии förmildrande omständigheter, т.е. смяг­ча­ю­щих об­сто­я­тельств, а яв­ля­ют­ся фак­то­ра­ми, обу­слов­лен­ны­ми прин­ци­па­ми спра­вед­ли­во­сти и ин­ди­ви­ду­а­ли­за­ции на­ка­за­ния. Ср. straffllindring (смяг­че­ние на­ка­за­ния), straffrabatt (со­кра­ще­ние на­ка­за­ния, «скид­ка», в осо­бен­но­сти, т.н. ungdomsrabatt, т.е. под­рост­кам и ли­цам в воз­расте до 20 лет).

Прим. Сле­ду­ет раз­ли­чать förmildrande omständigheter и billighetsskäll. Эк­ви­ва­лент­ной па­ры отыс­кать в рус­ском язы­ке нет; в пе­ре­во­де эта спе­ци­фи­ка долж­на быть от­ра­же­на, ес­ли кон­текст тре­бу­ет со­от­вет­ству­ю­ще­го уточ­не­ния. Учет billighetsskäl су­дом мо­жет обо­зна­чать­ся тер­ми­ном billeghetshänsyn.

ungdomsrabatt со­кра­ще­ние раз­ме­ра на­ка­за­ния несо­вер­шен­но­лет­ним [ма­ло­лет­ним пра­во­на­ру­ши­те­лям; под­рост­кам]; неформ. скид­ка по ма­ло­лет­ству, åldersrabatt скид­ка по возрасту

При­ме­ня­ет­ся в прак­ти­ке су­дов к ли­цам мо­ло­же 18 лет; в некот. слу­ча­ях тж. к мо­ло­дым взрос­лым (от 18 до 20 лет), ес­ли преду­смот­рен­ное за­ко­ном на­ка­за­ние за со­вер­шен­ное ими пре­ступ­ле­ние не пре­вы­ша­ет 1 го­да ли­ше­ния свободы.

 

[1] По­дроб­нее обо всем этом см. в мо­ем по­со­бии «Ма­стер-класс по пись­мен­но­му пе­ре­во­ду неху­до­же­ствен­но­го тек­ста», в осо­бен­но­сти, гла­ву «Как отыс­кать неотыскуемое».

[2] О ней по­дроб­но го­во­рит­ся в уже упо­мя­ну­том по­со­бии и в мо­ей по­след­ней кни­ге «12 этю­дов о пе­ре­во­де».

[3] Этот тер­мин по­че­му-то вклю­чен в шв.-рус. Norstedts два­жды, «за­то» пар­но­го ему försvårande omständigheter нет во­все.

TACK FÖR BESÖKET!

Lämna gärna ditt omdöme
om innehållet på denna webbplats.